Проект «Одна хорошая вещь». 2011

Люди, предметы и события, пережитые лично или кем-то пересказанные (еще лучше, если они будут пересказаны в десятый раз) или подслушанные где-то. В основном это вещи, не заслуживающие внимания искушенного и пресыщенного зрителя, не говоря уже о глубоком изучении. Тем не менее, как и сама картина, по нынешним стандартам, дисциплина не обязательна; она необязательна, у нее нет своего индивидуального места в медийном пантеоне. И, конечно, она бессильна претендовать на какую-либо значимость. Так и хочется поставить на ней штамп Просмотр не обязателен.


Это отдельные работы, явно не связанные темой или сценарием, каждую из которых можно обсуждать отдельно. Так как же они оказались на одной выставке и почему их объединили в одном пространстве?


Если мы более внимательно посмотрим на структуру выставки, то сможем попытаться разобраться в этом недоразумении.

ГРАФИКА. 2011–2025

«Язык искусства прирастает краями, обновляется всхожестью засеянных маргиналий. Проторисунок Чёлушкина фундирует антропологическое, технократическое и телесное, используя запоминающуюся оптику. Такая система оптической настройки наводит резкость на максимально деканонизированные и потому свободные образы, мотивы и мизансцены, пополняя мир авторского депозитария. Поэтика неузнавания изменяет инерцию нашего смотрения, сбивает ценностную поляризацию, отменяет иерархию «значимое–случайное». Навести резкость на нужный рисовальщику объект означает овладеть механизмом внимания зрителя, такую функцию в кинопроцессе выполняет фокус-пуллер, или «фокусник». Исходя из точки, на которую навели резкость и мысленно находя источник фокусировки, мы обнаруживаем позицию художника. Интенциональность такого поиска задает направление «ненарисованная картина», подталкивает к неузнанным пространствам за белыми полями существующих рисунков, которые оказывались доступны для зрителя и потому были назначены главными объектами внимания. Но и они маргинальны относительно невидимого, лежащего в слепой зоне, смысла. Кирилл Чёлушкин настолько последовательно и достоверно наращивает по краям карту нашего мира, что центр его уже ощутимо смещается».

Антон Успенский